"Евангелист Антоний" (книга которой нет)
На главную Карта сайта Написать Найти на сайте

Кастинги на сериалы, съёмки фильмов и сериалов. Пробы в кино. кастинг, ТВ, съемки, шоу-бизнеса, кандидаты, портфолио, кино, сериалы, кинопробы Актёры и актрисы. Кастинг ТВ

Проводятся кастинги на сериалы, а также кастинги в кино. Яндекс должен быть рад :) о кинопробах на кастинге

Я
Как я себя понимаю
Как они меня понимают
Мои любимые герои
Избранные работы моего отца (фотохудожник Леонид Левит)
My Brando
Новости моей творческой жизни
Моя мать и её музыка (пианистка Мира Райз)
МОИ ТЕКСТЫ
Поэзия
"пожизненный дневник" (из книги стихов)
"строфы греховной лирики" (из книги стихов)
"лишний росток бытия" (из книги стихов)
"вердикт" (из книги стихов)
"звенья" (стихи)
Проза
"Внутри х/б" (роман)
"Чего же боле?" (роман)
"Её сон" (рассказ)
 "Евангелист Антоний" (книга которой нет)
"Свободное падение" (ситуация поэта)
Человек со свойствами / роман
Публицистика
"как я устал!" (очерк)
"похороны по-..." (очерк)
"об интуиции" (4 наброска)
"убийственный город" (эссе)
мои интервью
панчер (эссе)
Жоржик (эссе о Г. Иванове)
Философия
"на Бога надейся" (софия)
"рама судьбы" (софия)
"Зло и Спасение" (софия)
ИЗОСФЕРА_PICTURES
Хомо Эротикус (эротическая графика)__________________ Homo Erotikus (erotic drawings)
Как я видел себя в возрасте..._Selfportraits at the age of...
Юношеская графика (годы бури и натиска)________________ YOUTH - (years of "Sturm und Drang")
Графика (рисунки разных лет)____________________ DRAWINGS of different years
Строфы греховной лирики (рисунки)__DRAWINGS for poetry
ФОТО/цвет__открытие Италии PHOTO/colour__DISCOVERING ITALY
ФОТО/черно-белые__экстремумы молодости PHOTO/BLACK & WHITE EXTREMES OF YOUTH
ФОТО/цвет/гений места/Киев__PHOTO/colour/genius loci/Kiew
1 ФОТО / ЭПОХА ДИДЖИТАЛ PHOTO / DIGITAL AGE
2 ФОТО / ЭПОХА ДИДЖИТАЛ PHOTO / DIGITAL AGE
АУДИОСФЕРА_SOUNDS
Видео/аудио/инсталляции
JAZZ и другое
Jazz performances
ДНЕВНИК
КРУГ ИНТЕРЕСОВ


поиск
 

Страницы:  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  ...

Ещё осколки ("трэнкадис")...

Женщина-искусствовед - о наружности Гауди: "У него была необычная внешность – крепкого сложения, густые светлые (рыжие волосы) и тёмноголубые глаза – харизмат во всех отношениях". Светловолосый, голубоглазый, с тонкими чертами и розоватой кожей, он походил на нордического человека, но всегда гордо возражал тем, кто высказывал подобное преположение, что он человек Средиземноморья.
_____________________

Это было время возрождения национального чувства каталонцев после долгих лет кастильского давления. Гауди глубоко пережил национальный сантимент. Он даже стал членом "Каталонской ассоциации научных экскурсий", организовывавшей посещения исторических памятников Каталонии. В этих "научных экскурсиях" он познал древнюю архитектуру своей земли. In many of his buildings, we can also see shields with four bars (the crest of Catalonia) or sculptures in honor of St. George, the patron saint of Catalonia.

В современной ему архитектуре это было время ломки и разрыва с классикой...
эклектика... потом романтизм... неоготика пережила возрождение,
но насколько дальше готики пошёл Гауди... это ещё надо осознать!
_____________________

Гауди - о доме Батьо: «Углы растают, и материал проступит в мощи астральных кривых, солнце засияет со всех четырёх сторон света, и это будет видение рая!»
А вот ещё его самоуверенное - в ответ на вполне разумный вопрос, понимает ли он, сколь нереально в пределах жизни завершить такое дело: «Святой Иосиф сам завершит этот храм!»
Но в 1881 году, когда общество св. Иосифа купило участок земли под строительство храма на окраине Барселоны, никто и вообразить не мог, чем однажды сделается это место для Для Барселоны, Для Каталонии, для Испании... для всего христианского мира... Первоначальная идея была построить скромную церковь в протест против наступления обесчеловечивающей индустриализации в защиту старых ценностей. Гауди тогда был слишком молод и совершенно неизвестен. Его ангажировали в качестве одного из помощников Вильяра, архитектора, которому был заказан проект церкви и под руководством которого началось строительство.

Вот он, Франческо де Паула дель Вильяр
Кармона (Francesc de Paula
del Villar Carmona) давнишний профессор
Гауди и его первый наниматель, которому
обществом св. Иосифа и лично Хосе
Марией Бокабелла  был заказан
первоначальный проект искупительной
церкви Святого Семейства. А справа
варианты этого жалкого проекта, который
и известен-то лишь потому, что не состоялся,
уступив место чуду.

Когда в 1883 г., два года спустя после закладки первого камня, Вильяр рассорился со строительным комитетом и отказался от руководства строительством церкви, для Гауди то был перст судьбы. С этого момента  ему был полностью препоручен главный проект всей его жизни. К тому времени он уже приступил к некоторым из своих знаменитых построек как каза Висенс Эль Каприччо дворец Гуэлля, но Саграда Фамилиа стала единственной настоящей страстью его жизни. Проект поддерживался группой консервативных католиков, которые хотели создать святое место, где грешники могут каяться в том, что подпадают соблазнам современного мира. В молодости Гауди не был очень набожен, но строительство Саграда Фамилиа воспламенило и углубило его веру. В великий пост 1894 года он чуть не умер с голоду. Отец Жозеф Торрас, духовник художественного кружка Cв. Луки, организации католических художников, к которой принадлежал Гауди, должен был уговаривать его прервать пост.
Когда Гауди трагически погиб в 1926 г., он оставил после себя храм, которому нет аналогов в истории архитектуры.

____________________

Хм-хм... - храм?!
Они называли храмом великую идею и её воплощённый фрагмент
- гигантский осколок, да и то неоконченный...
Таково было впечатление, производимое на современников четырьмя
колокольными башнями фасада Рождества Христова,
одного из трёх задуманных фасадов
Саграда Фамилиа... церкви Святого Семейства.
_____________________

Гауди – это не только память, и не просто великий человек прошлого... это миф и дышащий дух Барселоны, который продолжает в ней жить и активно творить сегодня.

Ранний опыт ремесленника (годы ученичества у отца, кузнеца-медника), сказался в том, что Гауди очень любил вникать в повседневные ремесленные мелочи строительства. Он стал "hands-on" архитектором (если можно так выразиться  - "архитектором вручную"), нередко работавшим среди своих строителей. Когда возводился фасад "Ла Пэдрэра" (каза Милà), Гауди стоял на противоположной стороне улицы и лично следил за укладкой каменных блоков фасада, отдавая распоряжения каменщикам до тех пор, пока не находил абсолютно точное и удовлетворявшее его место для каждого блока.

Гауди никогда не был женат. Однажды в молодости он влюбился в некую Пепету Морэу, школьную учительницу в разводе, редкую красавицу, женщину довольно прогрессивных взглядов: она плавала на публике, читала республиканские газеты и была близка кругам социалистов и антимонархистов. Гауди сделал ей предложение, но она ему отказала. Биографы упоминают его интерес ещё к двум-трём женщинам в течение жизни, но никаких деталей. был краткий роман с некоей американкой, которая решила проблему просто - вернулась в Америку. Да и правильно - Господи, ну зачем ей, positive thinking american, этот полубезумный рыжий гений. Племянница же, Росита, соверешнно определённа в своих словах: «У него не было ни подруги, ни любовных связей... он вообще не смотрел на женщин». Слухи о том, что Антони остался пожизненным девственником, как и подобные слухи о Леонардо да Винчи, не подтверждены... но и не опровергнуты.


 

*    *    *

"Гауди был застенчивым, бесхитростным человеком, обладавшим в то же время колоссальной отзывчивостью, способным к виденью и пониманию архитектурных форм через созерцание природы. Очень привязанный к родным местам, он навсегда сохранил не только каталонский язык, но и специфический акцент области Реуса. Гауди считал, что эта часть Каталонии идеально приспособлена для художественного творчества. Ян Молема, голландский инженер, изучавший Гауди, обращает внимание на то, что Гауди искреннее считал – чем ближе к Реусу родился человек, тем он умней. Оставляяя в стороне преувеличения, Гауди действительно полагал, что Средиземноморье – идеальное место для возникновения произведений искусства. Свет там падает под углом 45 градусов и идеально освещает предметы, так что их можно созерцать без малейшего искажения. Люди Средиземноморья по Гауди – это прирождённые синтетики, в то время как северяне – прирожденные аналитики. Анализ необходим для познания мировых тайн, но художественное творчество требует синтеза.

Страстный созерцатель природы, Гауди учился непосредственно у облаков, у воды и камней, растений, животных и гор. Он познал красоту природы в свете пейзажей своей Таррагоны, которую созерцал неспешно в праздные летние месяцы, которые проводил в маленьком деревенском доме в селении Риудомс. Ему открылось, что природа порождает непроизвольную красоту в мире минералов, в мире животном, в мире растений, но одновременно и понял, что природа чужда эстетизации, она не созидает произведения искусства, но элементы функциональные, полезные. Поэтому он применял растительные или животные формы в декоре своих зданий такими, каковы они в действительности, а не как элементы художественной интеллектуализации, подчиненные некоей абстрактной орнаментаистике, намеренной симметрии или асимметрии. Он нашёл источник красоты в самом применении натуральных форм. Эстетизирует же их то, как они сочетаны и то, как это сочетание воспринимает глаз зрителя.

Изучая архитектурные формы Гауди можно предположить, что он был умён до замысловатости... поистине хитроумен. Синусоидные фасады его зданий смотрятся на первый взгляд как несколько иррациональные барочные концепции. Но это совсем не так, потому что его композиции вдохновлены природой, они отличаются от архитектурных решений, традиционно применявшихся архитекторами, базировавшихся на абстрактных формах, как линия и плоскость, в природе в чистом виде не присутствующих.

Чтобы понять достижения Гауди, надо признать, что его труд не исключительно труд архитектурный. Творчество Гауди не укладывается в традиционные схемы, по которым его можно было бы уложить в жесткие рамки определённого стиля. Гауди нельзя причислить к разряду выдающихся последователей какого-либо архитектора. В семье Гауди никогда не было архитекторов, только ремесленники, преимущественно кузнецы по меди и железу. У него не было идиосинкразии к профессии, какая возникает в семьях потомственных архитекторов. Он был одновременно чрезвычайно наивен и невероятно проницателен. Он видел вещи такими, каковы они есть, а не такими какими их кто-то хочет видеть, то есть, без предвзятостей и предрассуждений. Хуан Муннэ, каменщик, много лет работавший с Гауди, сказал о нём: «Гауди ясен умом!» (clear-minded).

Ты говорил: «Архитектор должен обладать внутренним чувством статики и равновесия.
Сочинил конструкцию? Дай её на разработку инженеру.
Если инженер, математически рассчитал твой замысел,
и признаёт конструкцию устойчивой – всё в порядке.
Если нет - меняй....... да нет, не конструкцию, профессию.
Займись театром, политикой... оставь в покое архитектуру!»

Великая любовь Гауди к пейзажу и природе средиземноморских стран стала ещё глубже, будучи пропущена через его религиозное чувство. Он любил природу так же, как её любил Франциск Ассизский. Если природа – творение Божие, а архитектурные формы возникают из природы, то значит работа Творца продолжается. Гауди говорил, что Бог продолжает творение через человека, и он пытался быть духовно адекватен этому великому творческому акту. Религиозность Гауди была чрезвычайно активна, он не ограничивался тем, что следовал рекомендациям церковников, нередко входил с ними в дискуссии, хотя в целом полагался на дружбу с выдающимися деятелями церкви, как еспископы Вика, Майорки и Асторги.

Гауди любил рассуждать на темы литургии, но предпочитал обходить теологические дискурсы. Он всегда и во всём предпочитал конкретное абстрактному. Его архитектура высоко поэтична, но он недолюбливал поэзию. Он говорил, что от стихов у него болит голова, и при этом дружил с поэтами, такими как Фр. Джачинто Вердагуэр и Франческ Матэу.

Гауди непрерывно самовыражался через архитектуру. Некоторые говорят, что он был метафориком и философом архитектуры, излагавшим идеи через строительство зданий. Но Гауди не читал книг по философии или архитектуре. Зато он усердно читал "L'Année Liturgique," литургический календарь, подробно пояснявший религиозные праздники и дни их празднования. Когда его спросили однажды, какой из трактатов по архитектуре он считает своим любимым, Гауди сделал жест в сторону окна: «Вон то дерево!»"


«Вон то дерево!»
" - удивительно! удивительно!
Значит что-то я знал о тебе, знал, не зная, знал душой...
Предчувствовал?
И вот от испанца-гаудиниста я узнаю,
теперь уже удостоверенным знанием,
что о Творце и Творении ты думал то же,
что думаю теперь и я,
во что верую,
в чём ищу оправдание своё,
оправдание человека.

*     *     *

________________________
Некоторые факты взяты из книги Басегоды Нонеля «Antonio Gaudi Master Architect»

назад далее




© 2005 Б. Левит-Броун